Пауль Полански: «Моя поэзия направлена против дискриминации народа рома»

Борода и седые волосы, завязанные хвостом, голубые отблески от стекол очков и громовой голос, прорезающий тишину, — таков Пауль Полански, поэт, воспевший цыган. В свои 69 лет он немного напоминает Хемингуэя, немного Санта Клауса. Он жмет тебе руку, и ты понимаешь, что он легко мог бы положить тебя на обе лопатки, как в те времена, когда он был победителем любительских боксерских чемпионатов в Соединенных Штатах. Сегодня Пауль — романист, поэт, антрополог, документалист, фотограф. Но прежде всего он остается борцом. Он больше не разбивает скулы, носы и челюсти, он борется за права самых последних среди последних: за права цыган. Он родился в штате Айова, в 1963 году бежал в Испанию, чтобы не участвовать в войне во Вьетнаме. В Мадриде он работает нештатным журналистом. Потом, после длительного исследования происхождения своей семьи перебирается в Чехословакию. Здесь в 1991 году он обнаруживает документы, касающиеся концентрационного лагеря в Леты (Lety) в Богемии, организованного во время второй мировой войны. В этот лагерь чехи и словаки отправляли цыган, а руководил им князь Карел VI Шварценберг, отец министра иностранных дел в нынешнем правительстве Чехии. Об этом лагере больше никто не хотел вспоминать, но Полански занялся поиском выживших. Свои последние 20 лет он прожил среди рома и синти. Он собрал более 400 устных свидетельств в 19 странах. В 2004 году Гюнтер Грасс вручил ему престижную награду как борцу за права человека (Human Rights Award). Пауль Полански только что был с визитом в Италии на презентации своего последнего поэтического сборника «Молчание скрипок» (Il silenzio dei violini, изд-во Il Foglio).

Мауро Пьянта: Мистер Полански, почему цыгане вызывают к себе столько ненависти?

Пауль Полански: Потому что часто из-за бедности они воруют. Но если ты имеешь дело с бедняками, то неизбежно возникают те или иные проблемы. Столетие назад в Нью-Йорке итальянцев считали грязными воришками, паразитами, мафиози. Потом они смогли интегрироваться и внесли большой вклад в американское общество. Следовательно, решение проблемы заключается не в том, чтобы заключать цыган в лагеря для проживания, а в их образовании и интеграции.

— Как вы решаете эту проблему в своей последней книге?

— Это поэтические тексты, которые рассказывают о социальном положении цыган в Италии. Эта работа стала итогом моих впечатлений от проживания в цыганских лагерях в Милане, Кальяри и Болонье. В книге две части: вторая часть была написана итальянским поэтом Роберто Малини, который также перевел и мои стихи. В стихах звучат голоса, истории цыган, отражены их традиции, отверженность, боль, а также достоинство, веселость, легенды. Они мне все время повторяли, что в Италии им живется лучше, чем в других странах, потому что итальянцы все еще верят в Бога. В этом поэтическом сборнике звучит голос тех, кто вынужден молчать.

— Кстати, о молчании: какова ситуация в Леты (Lety)?

— До сих пор на том месте, где был лагерь, расположена свиноферма с 25 тысячами животных. Мы попросили перенести ее в другое место. Нам кажется, что этого требует уважение к памяти жертв, уже не говоря о том, что нужно соблюдать распоряжение Хельсинки, касающееся мест Холокоста. Но правительство ответило, что перенос фермы требует больших затрат. Это настоящее поругание памяти и боли народа.

— Вы обличали другую рану, нанесенную цыганам: строительство ООН в 1999 году в Митровице, в Косово лагеря для беженцев, где содержались цыгане, бежавшие от войны между сербами и албанцами. Но этот лагерь был построен на загрязненной земле, содержащей соединения свинца.

— Это очередная замалчиваемая трагедия, которая касается цыган. Через 13 лет, в течение которых умерли более 100 человек, еще 12 семей продолжают жить в этом лагере. Каждый ребенок, зачатый внутри этого лагеря, родился с неизлечимой болезнью мозга. Когда я отвез одного из этих детей в Германию, чтобы показать его врачам, то медики мне сказали: «У этого ребенка печень шестидесятилетнего человека, который выпивает бутылку виски каждый день. Он не доживет до 30 лет и не сможет иметь детей».

— А каков был ответ на прошение президенту Обаме с 15-ю тысячами подписей о размещении 500 цыган на американской базе в Косово?

— Обама нам не ответил. Подумать только, что мы говорили всего лишь о 500 цыганах, когда в 1999 году США приняли в Нью-Джерси 7 тысяч албанцев из Косово, чтобы спасти их от сербов.

— Если говорить о спасении, то чему служит поэзия?

-Она нужна, чтобы пробудить сознание. Это как удар в лицо.

— Почему вы принимаете так близко к сердцу проблемы этого народа?

— Потому что нужно бороться с несправедливостью, потому что они тоже люди, как и мы, потому что они — наши братья.

— Что вы вынесли самого прекрасного от жизни вместе с цыганами?

— Несмотря ни на что, они глубоко и искренне верят в Бога. Я — атеист, но когда я вспоминаю высказывание Христа о бедных людях («блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное»), то мои мысли обращаются к цыганскому народу.

Оригинал публикации: Paul Polansky: «Le mie poesie un pugno a chi emargina i rom»

(Посещено: в целом 28 раз, сегодня 1 раз)