К 70-летию поэта ЦВЕТОВОЙ СИМВОЛИЧЕСКИЙ И МЕТАФОРИЧЕСКИЙ ОБРАЗЫ В ТВОРЧЕСТВЕ ШАВКАТА РАХМОНА Дилфуза Эркиновна Тажибаева Наманганский Гос. Университет

Одним из выдающихся представителем узбекской поэзии ХХ ве- ка является Шавкат Рахмон. Поэт прожил короткую плодотворную творческую жизнь. Творец смог сам подготовить и опубликовать сборники стихов такие, как “Рангин лаҳзалар” (Разноцветные момен- ты) (1978). “Юрак қирралари” (Грани сердца) (1981), “Очиқ кунлар” (Открытые дни) (1984), “Гуллаётган тош” (Расцветающий камень) (1985), “Уйғоқ тоғлар” (Бодрствующие камни) (1986), “Ҳулво” (Мята) (1987). А после смерти поэта были опубликованы сборники стихов “Сайланма” (Выбор) (1997), “Абадият оралаб” (Среди бессмертия) (2012). Кроме этого поэт дважды перевел сборники стихов испанского поэта Федерико Гарсиа Лорка “Самая печальная радость” (“Энг қайғули шодлик”), первый перевод был сделан в 1979 году с русского на узбекский, а затем в 1989 году — с испанского на узбекский язык.
Самым плодотворным периодом творчества Шавката Рахмона считается конец ХХ века. В своем творчестве поэт затрагивает две темы – стихотворения на тему природы и социально-философский настрой. Поэт старался передать взаимоотношения между людьми и обществом через неповторимые красоты родной природы, а также посредством ярких символических и аллегорических образов, так как символические и метафорические образы играют важную роль в передачи основной мысли, а также в придании стихотворению силу воз- действия, высокой эмоциональности. Литературовед Т. Бобоев утверждал: “Символические образы – это обобщение социальных явлений через предметы, растения, вещи, животных, цветы” [1, с. 58]. Отметим, что в этом плане Шавкат Рахмон сумел создать своеобразные симво- лические образы. Выделяется и своеобразие поэтической мысли, свя- занное с созданием символических и метафорических образов. В сле- дующем стихотворении поэт рисует образ белого, то есть насыщенного белого цвета.
Ечиб оппоқ кўйлагини вақт,
Кийди яшил гулли кўйлагин
Юрак, уйғон, капалак каби,
Чечакларга қўниб ўйнагин. [3, с. 5].
(Время снимает платье свое белое,
одела платье зеленое с цветами,
Сердце проснись словно бабочка,
Танцуя, присядь на цветочек).
Замена временем “белого платья зеленым, лазурным в мелкие цветочки” означает наступление весны. Конечно, это знаменует не только наступление весны, но и означает начало нового периода в жизни человека, хороших и плохих дней. Если в белом времени отра- жается состояние покоя, то времени в зеленом, лазурном чувствуется оживление, пробуждение.
Человеческая сущность – это непостижимое явление. Только при помощи слияния в единое целое души и сердца можно найти общий язык с природой. Чтобы уметь вести диалог с природой, стать для нее другом, необходимо быть рядом, быть преданным ей, а также на некоторое время слиться с природой в едином порыве.
Читая стихотворения Шавката Рахмона на тему природы, не- вольно становишься свидетелем, как стихи притягивают к себе своей кипучей страстью, красотой изобразительно-выразительных средств, чистотой чувств и переживаний. Искренность описания поражает еще и тем, что поэт в одиночестве, на лоне природы сидит и читает книгу, “сирень в одеянии падишаха” проходит мимо него, несравнимое опи- сание сирени “волосы белы как перья у птицы кумри, губы — тюльпан, белоснежное лицо, алые скулы” (“сочи қумри, дудоғи лола, юзлари оқ, ёноқлари ол”), сравнение ветерка с озорным мальчиком — во всем этом проявляется своеобразие поэта. Поэт в данном случае использует гармоничное сочетание белого, красного цветов. Как известно цветы сирени могут быть как белыми, так красными. Сравнения поэта очень точны и достоверны. “Волосы – кумри” – кумри – это птица, у которой
перья белого цвета. “Губы — тюльпан” (“дудоғи лола”) — цветок тюль- пан красного цвета. “Лицо белоснежное” (“юзлари оқ”) и “скулы алые” (“ёноқлари ол”) – “ол” – это слово означает алый цвет.
Такие выразительные средства как сравнение и гипербола в сти- хотворении были использованы так умело, что они еще больше усили- вают притягательность стиха.
Многие поэты очень часто в своем творчестве обращали свое внимание, процессу смены дня и ночи. Многим известно, что на закате в небе появляются красно-желтые полосы — зарево. Использование Шавкатом Рахмоном в своем стихе замечательного выражения “окшомнинг сафсарлашиши” (закат окрашивается в фиолетовый цвет) невольно привлекает внимание каждого читателя.
Сафсарлашар оқшомги осмон,
Кун чекинар қорли тоғларга,
сукунатнинг мунис қушлари
учиб келар кузги боғларга. [3, с. 30].
(Небо окрашивается в цвета фиолетового заката,
день прячется за заснеженными горами,
скромные птицы безмолвия
прилетают в осенние сады).
Цвет “Сафсар” (фиолетовый) очень редко применяется в художе- ственной литературе. “Сафсарланиш” (окрашивается в фиолетовый) – это соединение белого и синего цветов, смешивание которых, порож- дает фиолетовый цвет. Фиолетовый (сафсар) цвет является символом чистоты, простодушия и бессмертия. Когда фиолетовый цвет исчезает, на смену его приходит черный цвет. Далее в стихотворении, Шавкат Рахмон рисует совершенно другое значение черного цвета. В боль- шинстве случаев черный цвет означает страх, мрак, тьму. “Қора ридо” – черное покрывало – ночь под черным покрывалом “уставший от шума город” (“суронлардан ҳорган шаҳарни”) как любящая мать “по- глаживая” (“силаб-сийпаб”) укладывает спать. Эти выражения поэта свидетельствуют о том, что он находит красоту даже в черном (темноте):
Келар қора ридо кийган тун,
сукунатнинг қушларин суяр,
суронлардан ҳорган шаҳарни
силаб-сийпаб ухлатиб қўяр. [3, с. 30].
(Приходит ночь, одетая в черное покрывало,
любуясь безмолвием птиц,
и укладывает спать
уставший от шума город)
В творчестве Шавката Рахмона очень часто встречаются строки, где описываются красоты весны. В данном стихотворении он как художник, сумел выразить образы конца зимы и начала весны, начало цветения растений на родной земле, как за одну только ночь урючина покрывается белыми цветами:
Эриб битди поёнсиз қорлар,
Яна қўҳна замин туллади.
Водийдаги улкан ўриклар
Бир кечада оппоқ гуллади. [3, с. 31].
(Бесконечные снега растаяли,
вновь бренная земля обновилась.
величественные урючины долины
за одну ночь покрылись белыми цветами.
В поэзии Шавката Раҳмона встречаются различные оттенки бело- го цвета. Укутывание белыми цветами урючины весной усиливает удивление поэта. Это белое явление поэт сравнивает с “белыми облаками”. От белизны цветов урюка вся долина смотрится как покрытая белыми факелами. По мнению поэта, белый цвет – это цвет чистоты, удивления, он пропитан идеями в уверенности в завтрашнем дне:
Оқ булутлар ерга қўндими,
мўъжизалар бўлдими содир?
Оҳ, нақадар ажойиб тунда
Оқ машъала экилган водий. [3, с. 31].
(Иль белые облака спустились на землю,
Или случилось чудо?
Ах, насколько в удивительную ночь
долина белыми факелами усеяна).
В творчестве поэта красивый пейзаж гор Оша занимают особое место. В его стихотворении “Моменты Ошкента” идет речь о величе- ственных и снежных вершинах. Поэт в этой связи, рисует образы бело- го и голубого, лазурного цветов:
Оқ чўққилар, шавақи сойлар
яхшиликка кўмилган моҳтоб.
Мовий осмон ёйилмасида
сузар улкан олмадай офтоб. [4, с.14].
(Белые вершины,
шумные горные реки-сайи,
окутанная хорошим белым красавица луна.
В расстеленном голубом (лазурном) небе
Солнце плывет как большое яблоко).
Для усиления значения рядом с “ок чуккилар” – белыми верши- нами используется слово “моҳтоб” (белая луна), то есть белый, где рисуется образ белых светлых ночей. Для описания неба использует слово «мовий» – голубой (лазурный) цвет. Лазурный цвет и цвет солнца совместно открывают перед нашими глазами прекрасный вид.
“Метод – это видение, изображение и осознание мира и человека поэтом как нестареющее новое. То есть: художественность – неповто- римый метод,” [2, с. 118]. – утверждает ученый литературовед А. Ра- сулов. Действительно, в поэзии Шавката Рахмона можно увидеть раз- личные стороны обычной действительности, которую все видят и знают. Поэт при описании выходит за приделы традиционной симво- лики. Рассмотрим его стихотворение “Қасида” (Касида). Ночь для многих означает темноту, мрак. А для поэта ночь приобретает пре- красный облик. Его красота настолько правдива, что он говорит – “взор мира направлен на твой прекрасный лик” (“Ҳуснингга оламни қаратдим”). При описании ночи он использует черный и красный цвета. Поэт также намекает на существование души у ночи. То есть он утверждает: “Мой след на твоей черной груди как красные бутоны от раскаленных углей ”.
Тун дедим, ярашди бу исм,
мен сени бир сўздан яратдим.
Кийдирдим ярқироқ кўйлакни,
ҳуснингга оламни қаратдим.
Қадамим қоп-қора кўксингга
чўғ каби қип-қизил ғунчалар.
Агар мен бўлмасам, эшит, тун,
чиройли бўлмасдинг бунчалар. [3, с. 24]
(Сказала ночь, это имя к лицу,
Я тебя создал из одного слова,
Одел тебя в блестящее платье,
Вес мира взор привлек тебе.
Мой след на твоей черной груди
как раскаленные угли, красные бутоны.
Если б меня не было, слушай, ночь,
Ты бы не была так красива).
Поэтические символы Шавката Рахмона выделяются своим свое- образием. В следующем стихотворении образ поэтического символа заставляет думаться над его нововведением. Попробуем осмыслить различные значения стихотворения:
Ечди мовий кўйлагини қиз,
нафаси-ла маст қилди ёзни,
қора сочин ёйди соҳилга,
кийди қумни-сариқ либосни. [3, с. 18].
(Сняла девица платье лазурного цвета,
Опьянила дыханием лета,
Распустила черные волосы по берегу,
Одела бело-желтое одеяние.)
Вопрос “Кто же это, кто снял “ платье лазурного цвета ”, на бере- гу распустил “черные волосы”? – заставляет задуматься любого чита- теля. Что за женщина-ангел, затмившая природу своей красотой, од- ним дыханием опьянившая лето? Поэт в первых строках стихотворения рисует образ через лазурный, синий, черный, желтые цвета. Лазурный, синий цвет – цвет неба, символ бескрайности, вечности. С сотворением мироздания есть и небо, а его бескрайная бездна скреплена с вечностью. Существование лазурного, синего платья де- вушки означает бескрайность. Черный цвет – используется для изоб- ражения черных волос. Здесь черный цвет символ не мрака, а символ красоты. Желтый цвет использован в значении желтого песка. То, что девушка лежит на желтом песке, смотрится как девушка в желтом одеянии. В следующем четверостишие Солнце также очаровано красо- той девушки, то есть “долгое время рассматривает», «закипает кровь” (в жилах), по представлению поэта поцелуй девушки, “забыть” “весь мир”- все эти черты одушевлены и создаются творцом достоверные поэтические символы.
Узоқ қарар йўловчи – қуёш
майдай қайнаб, кўпирар қони,
лабин босар қизил ғунчага
ва унутиб қўяр дунёни. [3, с. 18].
(Долго рассматривает попутчик-солнце
Его кровь кипит как вино,
Губы прижимает к красному бутону
И забывает (он) весь мир).
Поэт в последнем четверостишии создает своеобразный поэтиче- ский образ ветра. Он ветер называет “загадочный ветер” (ветер себе на уме). Колыхание платья в дуновении ветра сравнивает с танцующим человеком в этом одеянии:
Етиб келди писмиқ шамол ҳам, тўсатдан бир фитна ўйлади:
рақсга туша бошлади бирдан
кийиб қизнинг мовий кўйлагин. [3, с. 18].
(Наконец прибыл ветер себе на уме,
Ни с тог, ни с сего задумал одну интригу:
Неожиданно начал танцевать, Одев лазурное девичье платье).
В сборнике стихов поэта “Юрак қирралари” (Грани сердца) текст и содержание стихотворения выше в указанном варианте. А в 1997 году опубликованном сборнике стихов “Сайланма” (Выбор) почему-то были введены изменения в содержание текста и напечатаны под загла- вием “Денгиз” (Море). Итак, поэт в образе девушки дивной красоты, создает метафорический образ моря. Это метафорическая находка, созданная на основе объединения различных символов и метафор, побуждает читателя к раздумьям, захватывает дух, заставляет проник- нуться стихотворением.
В заключении можно сказать, что в цветовых символических и метафорических образах, использованных Шавкатом Рахмоном, ярко проявляется своеобразие метода поэта.
Таким образом, подводя итоги ранее приведенных высказываний, анализов стихотворений и выводов, в данной статье мы рассмотрели проблемы поэтических методов в поэзии последней четверти ХХ века, способы создания символико-метафорических образов, а именно важное научное и практическое значение творчества Шавката Рахмона.
Результаты исследования данной статьи и теоретические выводы могут быть использованы в подготовке учебников и учебных пособий, лекций и практических занятий, семинаров и спецкурсов для студен- тов филологических направлений.
Список литературы:
1. Бобоев Тўхта. Адабиётшунослик асослари. Олий ўқув юртларининг филология (ўзбек тили ва адабиёти) факультетлари талабалари (бакалаврият босқичи) учун дарслик. Масъул муҳаррир: С. Мамажонов. 2- нашр, қайта ишланган ва тўлдирилган. – Т.: “Ўзбекистон”, 2001. – 560 б.
2. Расулов Абдуғафур. Бадиийлик – безавол янгилик: Илмий-адабий мақолалар, талқинлар, этюдлар. – Т.: «Шарқ», 2007. – 336 б.
3. Раҳмон Шавкат. Юрак қирралари: Шеърлар. – Т.: Адабиёт ва санъат нашриёти, 1981. – 108 б.
4. Раҳмон Шавкат. Сайланма. – Т.: Шарқ, 1997. – 384 б.
2018

Слушал небо, как дети и маги… Поэт Хуршид Даврон — о древних суфиях, узбекских текстах и тайной связи Центральной Азии и Латинской Америки

По-разному сложились судьбы узбекских поэтов-восьмидесятников, хотя начинались похоже: детство в провинции, учеба на факультете журналистики ТашГУ, служба в рядах Советской армии… Сегодня Хуршид Даврон — народный поэт Узбекистана, историк, автор более двух десятков книг, изданных во многих странах, драматург, переводчик поэтов из Латвии, Японии, России, наконец, специалист по новейшей узбекской литературе. О том, как любовь к чтению завела Даврона в глубины истории, а поиск собственных корней обернулся жизнеописанием древних мыслителей-суфиев; об узбекской инкарнации самого популярного русского романа и о тайной связи Центральной Азии и Латинской Америки — читайте в беседе Санджара Янышева с поэтом. Далее

Мы должны признать, что книга мертва

007Автор провокационной заметки в шведской газете утверждает, что чтение — пережиток прошлого. Якобы сейчас для него есть только две причины: жажда блеснуть знаниями классической литературы или необходимость читать по работе. Удовольствие от чтения получают только пожилые дамы, а для остальных есть Netflix, считает автор. Далее

Шукур Холмирзаев. Жизнь вечна и другие рассказы

066Поднялся сильный ветер и швырнул в него несколько сморщенных виноградных листочков. К рассвету начался дождь. Это был первый осенний дождь. Вокруг запахло зеленью и необычной свежестью деревьев. Потом дождь прекратился, и тучи рассеялись. Засияли крупные белые звезды. Наступила такая тишина, что было слышно, как с листьев скатываются капли, поднялся ветер, потом стало холодно. Но этих удивительных, стремительных перемен погоды Надыр уже не видит, не чувствует. Он мертв. И некому расправить ему руки и ноги, свернулся клубочком, некому закрыть ему глаза, подвязать подбородок. Бедняга. Скверно. И умер, как собака. Так и скажут. И завещания не оставил. Умер совсем молодым. И дочь в последнюю минуту не увидел, и жене не сказал последнее «прости». Далее

Анна Ахматова: “А умирать поедем в Самарканд, на родину предвечных роз…”

022    Странная строка: “Я не была здесь лет семьсот…”! Почему она так приковывает внимание? И дело здесь не в гиперболе – вряд ли гипербола способна так поразить сознание, как эта, ахматовская. В ней таинственность человеческой прапамяти узнавания чего-то давным-давно знакомого и позабытого. И сейчас, так же, как и семь веков тому назад, льётся милость с непререкаемых высот азийского неба, ничего не изменилось в надёжной устойчивости природы Азии. Её покой нерушим. Отсюда и “Он прочен, мой азийский дом”. Отсюда и радость её домашнего азийского бытия, и желание вернуться – “Ещё приду”, и ахматовское благословение Востоку – “Цвети, ограда, будь полон, чистый водоём!” Далее

Узбекский писатель стал директором центральноазиатских программ «Радио Свобода»

99   Узбекский писатель и журналист Хамид Исмаилов (Абдулхамид Исмоил) назначен директором центральноазиатских программ «Радио Свободная Европа/Радио Свобода», сообщает «Ахбор». Далее

В. В. Радлов. Самарканд. Памятники древности ( Из статьи «Средняя Зерафшанская долина»)

118738.jpg  Город Самарканд, столица Тамерлана, Мекка Средней Азии, лежит на левом берегу Зерафшана, в 5 верстах от самой реки…Единственное отличие Самарканда от последних (от остальных городов Средней Азии) — это его памятники зодчества, сохранившиеся из лучшего прошедшего в полуразрушенном виде… Далее

Нам не хватает отваги. Писатель Назар Эшонкул об искусстве обмана, узбекской литературе и «Кишлаке рабов»

054
    Жизнь одного из самых интересных современных писателей Узбекистана Назара Эшонкула не слишком богата внешними событиями. Впрочем, все самое любопытное у писателя происходит на страницах его рассказов, повестей и романов… Далее

Санджар Янышев: «Мы высоки в своем земном плебействе»

05   Санджар Янышев соединяет в себе языковую и духовную культуру Востока и Запада. Для него процесс создания литературного произведения – действо мистериальное, в котором важны мельчайшие детали. Далее

Абдурауф Фитрат. Рассказы индийского путешественника & Александр Джумаев. О Фитрате

09    Настоящая книга – переиздание известного труда Aбдурауфа Фитрата, одного из основоположников движения джадидов в Бухаре, выдающегося представителя партии «младобухарцев», в увлекательной форме pассказывающего о политическом, социально-экономическом и культурном состоянии Бухары начала XX в. Впервые книга была издана в 1913 г. в Самарканде Махмудходжой Бехбуди. Для историков, научных работников, краеведов, преподавателей и студентов высших учебных заведений. Далее

Хуршид Даврон. Стихи о любви

 022

   Хуршид Даврон — народный поэт Узбекистана, историк (история суфизма, Самарканда, Тимура и тимуридов, драматург. Он родился 20 января 1952 года в древнем городе Самарканде (Узбекистан).Окончил факультет журналистики Ташкентского Государственного Университета (1977). Служил в рядах Советской Армии в Германии. В течение 19 лет работал в разных издательствах. Член союза писателей Узбекистана с 1979 года. Выпустил более 20 книг поэзии и прозы. Далее