Есть пророки в таджикском отечестве. Перечитывая Айни…

023    Бардак в армии и сфере образования, вопросы двойного гражданства, коррупция и бешеные налоги были актуальными темами в произведениях наших писателей. Они описывали события 19–20-го веков, а как будто писали о сегодняшнем дне. Особенно отличился Садриддин Айни.

ЕСТЬ ПРОРОКИ В ТАДЖИКСКОМ ОТЕЧЕСТВЕ
Перечитывая Айни…
026

Об армии
Садриддин Айни, «Бухара»

«ПИСАРЬ развернул лист бумаги:
— Нурбай из Ваганзе. Целую неделю не являлся на строевые занятия…
С трудом, опираясь на штык, вышел Нурбай, бледный, хилый, пятидесятилетний солдат.
Командующий, гневно выкатив глаза, взглянул на провинившегося.
— Проклятый лентяй! Где шатался?
— Ваша милость! Болел я. И сейчас болею. Поручик изволил за мной человека прислать. Я дошел кое-как…
Один из солдат сказал другому:
— Правда. Он болел. Он мне сосед. Офицер потребовал от него подарка, а у Нурбая из-за болезни ничего не осталось. Вот офицер и устроил это.
— Здесь не Россия! Там взял у доктора справку и гуляй! Здесь благородная Бухара!Здесь властвуют его высочество эмир и священный шариат. Справки тут не помогут…
…Солдат, говоривший в строю, и еще один вышли вперед.
— Вы живете с Нурбаем?
— Так точно!
— Он был болен?
— Так точно!
— Ага! Вы, значит, сговорились покрывать друг друга и лгать своим офицерам? Наказать всех троих!»

О двойном гражданстве
Садриддин Айни, «Бухара»

«СОГЛАСНО договору между русским правительством и эмиром, эмир не имел права арестовывать русского поданного из-за какого бы то ни было проступка или преступления… Многие, даже будучи коренными бухарцами, переходили в русское подданство, чтобы оградить себя от произвола эмирских чиновников…
— Я задумал стать русским поданным с тех пор, как начал говорить против миршаба. Но мне не хотелось возиться с заявлением в агентство. Я пошел к продавцу мыла и купил у него вот эти два паспорта, для себя и для приятеля.
И Махдум протянул нам две бумажки.
Мы взглянули на них. Это были обертки от туалетного мыла. В то время душистое туалетное мыло заворачивалось в плотную белую бумагу, на которой был напечатан знак придворных поставщиков – государственный герб России. Миршаб еле разбирался в арабском письме, а русского алфавита совсем не знал. Он поверил выдумке Махдума и признал обертку за паспорт».

О судьях
Садриддин Айни, «Бухара»

«ЯХЬЕ-ходжа (поэт, – прим. ред.), вознеся длани свои к небесам, воскликнул:
— Господи, о, если бы ты явил милость и сотворил казияБадридина богом взамен себя самого!
В изумлении от этой молитвы Бадридин робко заметил:
— Э…э…э…Это же богохульство!
— Какое же богохульство? Я прошу бога о том, чего тебе не хватает. Ведь в Бухаре ты теперь выше самого эмира. По всему Бухарскому ханству участь и живых, и мертвых — в твоих руках. Стоит захотеть тебе, и любого человека ты можешь погубить, обесчестить, разорить, обезглавить. Теперь, кроме престола всевышнего, нет на свете никакой должности, которую ты захотел бы принять взамен своей…Пока ты не станешь богом, тебе придется отвечать перед богом за крестьян, безвинно выброшенных тобою из их убогих лачуг, за бедных сирот, у которых ты оттягал наследство, за обездоленных вдов и осиротевших детей, чьих мужей и отцов ты сгноил в темницах».

О налогах
Сотим Улугзода, «Восе»

«Крестьяне питали надежду на то, что приезд главного казначея приведет не к новой беде, а к некоему улучшению положения, уже явно для народа невыносимого. Ведь правитель Мирзо Акрам и так выжимал из крестьян все, что мог: и налоги этого года, и недоимки, отбирал даже детей… Что еще мог бы потребовать от обездоленных людей новоиспеченный диванбеги? Нет, конечно же, надо рассчитывать на проявление справедливости…
Слова Яхшибека(главный казначей эмира, – прим.ред.) состояли сплошь из упреков и угроз:
– Смотрите и извлекайте для себя урок, подданные! Старающихся не платить налоги и подати, бунтующих, вообще совершающих дурные поступки мы отныне и впредь будем жестоко наказывать! Город – не без ворот, страна – не без хозяина, она имеет властителя! Какой бы приказ ни издали властитель и ближайшие его сановники, этот приказ должен быть законом для всех подданных. А для преступных мятежников есть тюрьма, палки и плеть, секира и палач! Пусть каждый из вас знает, как ставить ногу, прежде чем сделать шаг. Не вступая в пререкания ни с кем из поставленных над вами его высочеством эмиром, все должны вовремя и полностью платить подати и налоги, установленные для подданных его высочества, сверкающего, как солнце!»

Об образовании
Урун Кухзод, «Реванш»

«ИСФАНДИЕР(молодой педагог, – прим. ред.) выступил на районной конференции учителей. А начал свою речь по всем правилам современного ораторского искусства: сначала похвала, и только уж потом критика недостатков. Но почему-то первая часть оказалась очень короткой, и получилось так, что все его выступление свелось к недовольству докладом. Он и вправду ждал от заведующего районным отделом новых откровений, проектов, даже реформ! А вместо этого …цифры, проценты…Не речь ведущего просветителя, а сплошной бухгалтерский отчет. Разумеется, это здорово, что число учащихся растет и строятся новые школы. Подводить итоги и сравнивать, конечно, нужно, без этого не обойтись. Но это все количество… А качественное движение где? Где свежие прогрессивные идеи? …
…Неужели вы думаете, что только вам заметны наши недостатки? — сказал директор. – И мы знаем о них. Знают и в районо. И в министерстве знают. Но между словом и делом часто лежит трудная, извилистая дорога. И мы по ней идем».

О связях
Джалол Икрами, «Воронье живучее»

«- Я НЕ верю в ваши дипломы-пипломы!- продолжал раздраженно старик. – Да и вряд ли ему дадут диплом. Надо теперь за его диплом хлопотать, а хлопоты эти не маленькие. А у меня не те годы, и не те силы… Надо найти подходящую работу!
— Какую, например? – спросил Хайдар.
— Такую, котораяобеспечит Дадоджона и принесет выгоду нам…
— Да, не так-то легко найти нужную должность, — вымолвил Бурихон. – Может быть, в вашей системе, Хайдарджон, есть что-нибудь подходящее?
— Нет! – резко сказал старик. – Завмагом, завторгом, покупать, продавать – все не то.
— Ну а если двинуть его в просвещение? – спросил Бурихон таким тоном, словно это ведомство было ему подвластно.
— Хватит с нас одного директора – тебя! – отрезал старик, посмотрев на Нуруллобека…
— Тогда прокурором! – прыснул Хайдар.
— Что? – вырвалось у Бурихона, но он тут же прикусил язык и стиснул зубы так крепко, что на щеках вспухли желваки. Стало ясно, что он костьми ляжет за свой пост, но никогда никому не уступит его, даже родному брату.
— Нет, — сказал старик, успокоив Бурихона. — Прокурор у нас есть, пусть сидит на своем месте…Дадоджон должен стать председателем народного суда!
— Это было бы замечательно, — как всегда, первым нарушил молчание Бурихон. — Но у нас в районе есть председатель суда, он неплохо работает, все им довольны. Едва ли что-то из этого выйдет…
— Для того и собрал вас, чтобы дали дельный совет, — перебил МуллоХокирох. — Если Дадоджон станет председателем суда, у нас будут развязаны руки, мы ни в ком не будем нуждаться, ни от кого не будем зависеть, никого не будем бояться».

О культуре поведения
ФазлиддинМухаммадиев, «Путешествие на тот свет,
или Повесть о великом хадже»

«НА набережной появились двое из наших спутников и, прислонившись спиной к парапету, одновременно начали ковырять в носу. Исрафил спокойно наблюдал за этим зрелищем, потом, видимо, вспомнил, что он второй руководитель нашей группы, и направился через дорогу. После кратких переговоров ковыряние в носу прекратилось.
— Что ты им сказал? — спросил я, когда Исрафил вернулся.
— Я сказал, что доктор запретил теребить нос, ибо, с одной стороны, может возникнуть опасность продырявить носовую перегородку, а с другой стороны, возможно, что иностранцы, не приведи Аллах, дурно подумают обо всех нас.
…Исрафилтолько хотел подняться с места, как на улице появился мулла Нариманв полосатой шелковой пижаме. Нахмурившись, Исрафил направился к нему и долго что-то доказывал. По тому, как мулла Нариманразмахивал руками, было видно, что он не желает сдаваться. Спор затягивался, привлекая внимание посторонних. Я поспешил на помощь к Исрафилу. Мулла Нариман в качестве железного доказательства своей правоты упоминал всех предков и утверждал, что он не ребенок и не допустит, чтобы всякий встречный-поперечный учил его. Лишьобщими усилиями Исрафила, переводчика и моими нам удалось убедить егопереодеться».

О преемственности поколений
Гулрухсор, «Агония» (вольный перевод)

«ПРИЧИНА женской склоки на самом деле была несерьезной. Но не для пожилых женщин, которые когда-то легким способом попали на высокие должности и получили известность в обществе. Они требовали, чтобы им освободили первый ряд зала на съезде, в то время как тот был уже занят несколькими никому пока неизвестными молодыми женщинами, ярко накрашенными, невесть откуда взявшимися.
На юбилейное собрание со всех концов страны были приглашены победительницы конкурсов красоты, в первоочередную обязанность которых входило украсить своим присутствием это мероприятие и привлечь внимание виновника торжества…Эти молодые и красивые девушки знали, как себя вести, так как получили уроки у многих наставников и как клятву вызубрили свои предстоящие обязанности…Большая часть депутатов, которые наконец вникли в суть конфликта, без предварительного согласования разделились на две группы: на сторонников красивых девушек и сторонников заслуженных, но давно позабытых женщин. Последние, приободрившись, что у них есть сторонники, стали наступать:
— Верните наш почетный ряд! Пока мы живы, никто не может занять наши места!»

Источник: http://news.tj/

01

(Посещено: в целом 74 раз, сегодня 1 раз)

Оставьте комментарий