К вопросу об оценке публикаций «Почему из Ташкента не вывезли Госархив»

081

Значительная часть круглого стола была посвящена событиям 2-й половины XIX в., а именно – завоеванию Российской империей среднеазиатских ханств (Бухарское, Хивинское, Кокандское ханства) и его последствиям. Данная тема по своему содержанию является, пожалуй, одной из самых противоречивых страниц истории, имеющей ряд особенностей объективно-исторического и морально-этического характера, касающихся непосредственно исторической памяти коренных народов Центральной Азии. Именно поэтому любые попытки освещения и разработки темы завоевания Российской империей Средней Азии должны осуществляться на строго научной основе с привлечением широкого спектра источникового материала, дабы избежать возможного искажения исторических реалий.

011
К ВОПРОСУ ОБ ОЦЕНКЕ ПУБЛИКАЦИЙ «ПОЧЕМУ ИЗ ТАШКЕНТА НЕ ВЫВЕЗЛИ ГОСАРХИВ»
Группа научных сотрудников Института истории
Академии наук Узбекистана
022
23 декабря 2014 г. в бизнес-центре «Пойтахт» состоялся экспертный круглый стол, организованный Посольством РФ в РУз и Представительством Россотрудничества в РУз, посвященный теме «Полтора века политических и культурных связей: От эпизодических контактов к стратегическому партнерству через единое политическое пространство». В мероприятии принимали участие дипломаты, журналисты, ученые, эксперты (историки, политологи, экономисты, востоковеды, социологи, культурологи и т.д.), представлявшие научные, учебные и общественные организации.

Значительная часть данного круглого стола была посвящена событиям 2-й половины XIX в., а именно – завоеванию Российской империей среднеазиатских ханств (Бухарское, Хивинское, Кокандское ханства) и его последствиям. Данная тема по своему содержанию является, пожалуй, одной из самых противоречивых страниц истории, имеющей ряд особенностей объективно-исторического и морально-этического характера, касающихся непосредственно исторической памяти коренных народов Центральной Азии. Именно поэтому любые попытки освещения и разработки темы завоевания Российской империей Средней Азии должны осуществляться на строго научной основе с привлечением широкого спектра источникового материала, дабы избежать возможного искажения исторических реалий.

Признавая право экспертов на свободу слова и учитывая возможность авторской (субъективной) трактовки исторических событий, необходимо помнить о морально-этической ответственности эксперта за подготовленный материал. Именно так обстоит дело с публикацией на сайте vesti.uz (25.12.14) «Почему из Ташкента не вывезли Госархив», перепечатанной также сайтом centrasia.ru (5.01.15) уже под названием «Почему Царские власти даже не вывезли архивы Бухарского и Хивинского ханств». По стилистике это абсолютно сумбурная и декларативная статья, что недопустимо в публикациях на подобные «чувствительные» темы. В содержательном плане она глубоко антиисторична и носит откровенно провокационный характер. Более того, совершенно проигнорированы точка зрения и оценки, высказанные узбекскими участниками «круглого стола» по обсуждаемой теме. Между тем, эта искаженная информация адресована многомиллионной аудитории Интернета, в т.ч. и молодежной.

Завоевание Российской империей среднеазиатских ханств с одной стороны сопровождалось их включением в мировую экономическую систему, строительством железных дорог и промышленных предприятий, развитием капиталистических отношений в крае, формированием национальной буржуазии и т.п., с другой стороны – общеизвестен исторический факт, что завоевание было вторжением более могущественного в политическом и экономическом отношениях государства на территорию своих соседей, сопровождавшееся насильственным покорением целых народов и крупномасштабным кровопролитием среди мирного населения, ликвидацией национальной государственности, подавлением национального самосознания и культуры. Эта тема неоднократно была объектом обсуждения в узбекистанской, российской, а также мировой историографии. И поэтому говорить только об одной стороне этого процесса без упоминания другой – значит заведомо искажать историческую действительность в угоду субъективным представлениям и шаблонам.

К середине Х1Х в. планы завоевания Средней Азии Российской империей приобрели уже четко выраженный характер. В 1839 г. состоялся неудачный поход генерала В.Перовского на Хиву, в 1853 г. войсками того же генерала была захвачена крепость Ак-Мечеть (ныне Кызыл-Орда). Подготовка к завоеванию Средней Азии началась еще при Петре I, пославшем сюда экспедицию А. Бековича-Черкасского (1716-1717 гг.), которая преследовала цель склонить хивинского хана к подчинению. В состав экспедиции вошли более 6000 солдат и артиллерия, это ясно характеризует истинные цели этого похода. Как отмечает русский историк конца XIX в. Н. И Веселовский – посредством данной экспедиции, Петр I стремился «утвердить русское господство в Средней Азии … при помощи военных отрядов» (Веселовский Н. И. Очерк историко-географических сведений о Хивинском ханстве, С. 167). За экспедицией А.Бековича-Черкасского последовал целый ряд других экспедиций, путешествий, посольств, носивших функции стратегических действий и наблюдений. Приводим список (далеко не полный) самых известных предприятий этого плана: 1800 г. – инженеры Т. Бурнашев и Г. Поспелов, 1802 г. – доктор Савва Большой, 1813-1814 гг. – офицер Филипп Назаров, 1819-1820 гг. – капитан Н. Н. Муравьев, 1820-1822 гг. – чиновник МИД А. И. Левшин, 1830 г. – хорунжий Н. Потанин, 1836 г. – полковник И. Ф. Бларамберг, 1839-1840 гг. – генерал В. Перовский, 1841-1842 гг. – инженер Бутенев, 1842 г. – подполковник Г. Н. Данилевский, 1848 г. – капитан А. И. Макшеев и т.д. При этом необходимо отметить, что руководителями большинства миссий были военные, что свидетельствует об истинных планах империи в Средней Азии.

Считаем некорректным и непрофессиональным использование выражений типа: «степняки воровали русских людей», «выступил против…содомии», «Средняя Азия приносила Петербургу только убытки», «неуклюжие и далекие от науки попытки переписать историю» и т.п. Профессиональный эксперт, по нашему мнению, должен воздерживаться от оскорбительных и уничижительных выражений.

Не упомянут важный внешний фактор – «большая игра», хотя российско-британскому политическому соперничеству в Центральной Азии посвящено множество трудов историков (см. Бондаревский Г. Л. Английская политика и международные отношения в бассейне Персидского залива. М., 1968; Хидоятов Г. А. Из истории англо-русских отношений в Средней Азии в конце Х1Х в. Ташкент, 1969; Жигалина О. И. Великобритания на Среднем Востоке в Х1Х – начале ХХ вв. М., 1990 и т.д.). По данным авторов, российские внешнеполитические ведомства проработали целую программу недопущения в регион, непосредственно граничивший с империей, английских войск.

«Генерал Черняев довольно быстро замирил Ташкент». Данное утверждение выглядит вообще не логично. Получается, что история завоевания Российской империей Средней Азии – это личная инициатива генералов российской армии при неведении имперского правительства. Можно согласиться с автором в том, что в единичных случаях захват отдельных населенных пунктов Средней Азии осуществлялся по личной инициативе отдельных российских генералов, однако утверждать, что весь процесс военного продвижения Российской империи в регион происходил без санкции высшего руководства империи, более чем абсурдно.
Поражение России в Крымской войне 1853-1856 гг., вызвавшее экономический кризис, имперское руководство планировало исправить за счет Средней Азии. К тому же этот вопрос (о завоевании) не терпел отлагательства, поскольку войска Британской империи (недавний и прямой противник в Крымской войне) стояли в Индии, у ворот Туркестана. Кроме того, начавшаяся в 1861 г. реформа, ликвидировавшая крепостное право, создала новые проблемы для Российского правительства – проблему безземельных, теперь уже освободившихся бывших крепостных крестьян, для размещения которых тоже требовались новые земли. Это прямо сказано в приложении к отчету о ревизии Туркестанского края российским сенатором графом К. К. Паленом: «Если не считать мотивов политического характера, имевших значение для завоевания Туркестана, этот край с первых же дней присоединения его к России представлял для русского правительства двоякий интерес:

1. С точки зрения финансовой политики как источник государственных доходов и как новый рынок для продуктов внутреннего производства.
2. С точки зрения колониальной политики как новая область для перемещения избыточного населения из губерний» (Пален К. К. приложение к отчету о ревизии Туркестанского края. Материалы к характеристики народного хозяйства Туркестана. ч. I, отд. 4. СПб., 1911. С. 486).

Логика развития любой империи как раз и заключается в максимальных территориальных захватах. И совершенно неважно, находятся ли эти земли далеко от метрополии (как в случае Британской, Французской, Испанской или Португальской колониальных империй), или находятся в соприкосновении с ней (как мы видим в случаях Германской, Австро-Венгерской, Османской или Российской империй). Российские императоры были ничем не лучше и не хуже своих «собратьев» – те же захваты, та же колонизация и эксплуатация. Вся история развития России от создания государства и вплоть до самого конца – история непрерывной территориальной экспансии или стремления к нему. Последней территорией, присоединенной к Российской империи, была Тува (Урянхайский край), взятая под протекторат в 1914 г., т.е. всего за три года до падения империи.
Непонятно, на какие источники опирается автор, утверждая, что «Казахи, киргизы, часть туркменских племен присоединились добровольно, видя в «Белом царе» надежную защиту и выгоду». Истории не известны факты обращения местных жителей с просьбой о российском протекторате. А переговоры, которые правители Ташкента вели с российским правительством (в частности, Юнус-Ходжа – с Екатериной II и позже – с Павлом I) касались исключительно вопросов расширения и укрепления торговых отношений (см. Гуломов Х. Г. Дипломатические отношения государств Средней Азии с Россией в ХVIII – первой половине ХХ века. Ташкент, 2005. С. 265-273).

Что касается мифов, то самый распространенным из них, пожалуй, является миф о «случайном» завоевании Ташкента генералом М. Г. Черняевым. 9 марта 1863 г. в присутствии российского императора Александра II прошло заседание Специального комитета, посвященного так называемому «ташкентскому вопросу», на котором обсуждались планы завоевания этого города (Туркестанский сборник, т. 54. С. 16-17). А генерал М. Г. Черняев просто несколько опередил планируемые события. Торжественное вручение генералу Черняеву символических ключей от города на самом деле было лишь обычной инсценировкой, подготовленной ретивыми российскими чиновниками. Еще российский чиновник М. И Венюков отмечал тот факт, что «ключи» от города, якобы переданные генералу М. Г. Черняеву жителями города, на самом деле были изготовлены из золота российского производства и специально привезены для данной церемонии.

Чиновник колониальной администрации конца XIX в. Н. Гродеков (будущий генерал-губернатор) критически относился ко многим из них, например, о деятельности генерала Н. Д. Скобелева в Средней Азии он писал, что ему свойственно: «желание выделиться, прославиться, иногда совершенно забывая, что за всем этим стояли миллионы человеческих жизней…» (Гродеков Н. И. Война в Туркмении. Поход Скобелева 1880-1881 гг. Т. IV. СПб., 1883.).

Именно в это время резко сократился импорт хлопка из США в связи с Гражданской войной в этой стране (сокращение производства хлопка-сырца в южных штатах, нарушение транспортных коммуникаций). Египет в это время (еще с 40-х гг. ХIХ в.) контролировал соперник России – Великобритания., окончательно завоевавшая его в 1882 г. Так что оба альтернативных источника хлопка были России недоступны, а развивающаяся промышленность (прядильная, ткацкая, текстильная, швейная, пищевая, военная и т.д.) требовала сырья. К тому же американское сырье было гораздо дороже. Поэтому вопрос с хлопком был одним из определяющих факторов начала активной фазы завоевания. Данное положение есть вывод, сделанный целым рядом российских экономистов и социологов конца XIX – начала XX вв. (см., например, труды П. Б.Струве, М. Туган-Барановского и др.). По мнению военного министра Российской империи А. Н Куропаткина, посетившего край в начале ХХ в., «общегосударственной задачей первостепенной важности» являлась «ликвидация зависимости от иностранного, привозного американского хлопка» (Отчет о служебной поездке военного министра в Туркестанский округ в 1901 г. СПб., 1902. С. 110).
Автор утверждает, что «все разговоры о том, что регион грабился, не имеют под собой никакой почвы. … По доходам весь Туркестан уступал тогдашнему Омску». Автор при этом забывает упомянуть о том, что от 2/3 до 3/4 всех расходов империи в регионе составляли военные издержки (Ананьич Б., Привалова Е. Имперский фактор в экономическом развитии России. 1700 – 1914 // Российская империя в сравнительной перспективе. М., 2004. т. 1. С. 240). Будет уместно также привести следующие цифры, характеризующие реальный экономический статус региона:

001

Только в 1889 г. в Оренбургском и Западно-Сибирском направлении было вывезено из Туркестана товаров на 6,500 млн рублей, а в течение 1889-1894 гг. эта цифра достигла 32 млн рублей, при этом 80% этих товаров составлял хлопок. В течение 1908 г. из края было вывезено 3 744 309 пудов хлопка-сырца, 104 107 пудов хлопкового масла, 84 516 пудов шелка, 14 584 пудов шерсти, 134 170 штук каракулевых шкурок. (По материалам: Тарих шохидлиги ва сабоклари. Чоризм ва совет мустамлакачилиги даврида Узбекистон миллий бойликларнинг узлаштирилиши (Свидетельства и уроки истории. Присвоение национальных богатств Узбекистана в колониальный и советский периоды). Тошкент, 2001.)
Когда историк В. Л. Вяткин обратился к генерал-губернатору Самсонову с просьбой выделить средства на восстановление памятников старины Самарканда, тот ответил: «Я думаю, что это ни к чему – чем скорее разрушится все это, указал он широким жестом на Регистан, тем лучше для русской государственности» (см.: Масон М.Е. Три эпизода, связанных с самаркандскими памятниками старины. Ташкент, 1972. С. 29). А ведь еще было и жесточайшее подавление Н. Д.Скобелевым Кокандского восстания, когда русские войска огнем и мечом прошли через всю Ферганскую долину, залив, по словам современников, «эту благодатную землю реками крови». Было подавление Андижанского восстания и кровавая экспедиция в Геок-Тепе, и репрессии в 1905-1907 гг., и, наконец, восстание 1916 г. Понятно, что русский народ и простой солдат здесь ни при чем – он всего лишь выполняет приказ, служит «пушечным мясом» в политических играх, его мнения по поводу проводимой политики никто не спрашивает.
Мы должны относиться объективно к истории, какой бы она ни была. История не должна экстраполироваться на современные отношения народов. Если это будет так, а это возможно при ее искажении, тогда она вызовет оскорбительные чувства. Такие оскорбительные чувства вызывает неумная публикация! Никто не сомневается в величии России, никто не умаляет достоинств англичан, а ведь и Россия, и Великобритания были в XIX в. самыми мощными колониальными державами!
Историки давно отказались от идеи величайшей культурной миссии Российской империи в Средней Азии, произведенной советской идеологией, которая в свое время переименовала термин «завоевание» в «добровольное присоединение». Была война, было завоевание слабой страны, слабой на тот период, но с богатейшей историей и культурой, сильным соседом, с не менее богатыми культурными традициями, который стремился к расширению своей территории, обогащению, размещению своих граждан на новых землях. И это история.
Для среднеазиатских народов это история доблестных сражений, защиты своей территории, государственности и независимости. Известный российский историк Н. И Веселовский писал об этих событиях: «Вот уж подлинно военное управление … мы думаем, что внесли цивилизацию, мы думаем, что дали покоренным нами азиатам мир, спокойствие, безопасность… Но есть еще и высшее благо, высшее всего этого. Это национальность, национальное чувство… Надо войти в положение покоренных мусульман. Тяжела смерть политическая, еще тяжелее смерть национальная. А при нашем владычестве они именно обречены на обезличивание. Можно ли променять национальность на какое-либо благополучие? И надо ли удивляться, что будут вспышки против нашего владычества? … Есть национальные интересы, которые прорвутся наружу, несмотря на то, сыт и обут народ или голоден-холоден …. » (ЦГАЛИ РФ, ф. 118, оп. 1, д. 1205, лл. 89-90 (Дневник научной поездки в Туркестанский край, 1885 г.)).
Апофеозом звучат такие перлы автора статьи в vesti.uz: «Государственный архив, созданный по указу Николая Второго, даже после советской власти, не был вывезен в Москву. Почему? Историки подсказали ответ. Потому, что нечего было скрывать, Россия не имела никаких «коварных» замыслов, напротив, первой способствовала независимости новых государств, возникших на просторах Средней Азии». Подобные заявления не что иное, как «перепев задним числом» официальной позиции царских властей и царских генералов, которые лицемерно рассуждали «о мирной и цивилизаторской роли» колониального господства России в Средней Азии. А что касается архивов, то следует подчеркнуть, что существенная часть важных архивных документов колониального периода из Туркестана была вывезена, и специалисты об этом хорошо знают.
В целом, ознакомление с публикацией на сайтах vesti.uz и centrasia.ru оставляет чувство горечи и глубокого недоумения. Что это: политическая провокация или «рассуждения» очередного «горе-эксперта»? Подобные «материалы» подрывают атмосферу конструктивного доверия, доброжелательности и сотрудничества, которые характерны сегодня для межгосударственных отношений Узбекистана и России. Это дает нам полное право обратиться к многомиллионной аудитории Интернета – «Не изучайте историю Туркестана по подобным публикациям!».

02

(Посещено: в целом 140 раз, сегодня 1 раз)

Оставьте комментарий